«СДП» спросил уполномоченного по защите прав предпринимателей Петербурга Валерия Калугина, каким он видит в настоящий момент положение малого бизнеса в городе и какие задачи, по его мнению, ставит перед предпринимателями время. Приближается год, как была проведена налоговая реформа, число неналоговых платежей для бизнеса только растет, сам бизнес почему-то не хочет из микро- превращаться в малый, а претензии к НТО как к сектору — только возрастают.
Валерий Валентинович, что бы Вы сказали о результатах налоговой реформы для малого бизнеса в Петербурге?
— Должен сказать, что цель последней налоговой реформы достигнута: рост налоговых сборов обеспечен на фоне сохраняющейся стабильной макрофинансовой ситуации. При этом более важным является долгосрочная задача, которая заключается в построении справедливой и разумной системы налогообложения, направленной на развитие бизнеса. Предпринимателям нужно видеть горизонт планирования, необходима стабильность, чтобы успешно адаптироваться к изменениям. Для этого необходимо «заморозить» текущие налоговые условия минимум на три года. Это наше предложение, которое мы направим федеральным органам власти.
Такая мера крайне необходима для сектора МСП, который в Петербурге, по данным ФНС на 10 сентября, насчитывает 387 751 субъект предпринимательства. При этом его структура крайне диспропорциональна: микропредприятия составляют 94,7% (367 007), малые – 4,8% (18 801), а средние – лишь 0,5% (1 943). Фактически, на каждое среднее предприятие приходится 189 микропредприятий, а на одно малое – 20. Эта статистика свидетельствует о том, что у бизнеса отсутствуют стимулы для развития и укрупнения. Поэтому для получения обратного эффекта необходимо обеспечить предсказуемость и стабильность правил игры.
Какие тенденции Вы видите в текущих условиях?
– Ключевая задача государства сейчас – обеспечить качественный рост макроэкономических показателей, и начинать этот процесс необходимо именно с сектора МСП. Естественная природа предпринимательства заключается в постепенном расширении: от микро- к малому, а затем и к среднему бизнесу. Микропредприятия должны расти, нанимать больше сотрудников, начинать новые проекты. Однако сегодня мы видим, что статистическое увеличение числа субъектов достигается не за счет здорового развития и улучшения делового климата, а из-за вынужденного «дробления».
Повышение НДС до 22%, рост налога на прибыль до 25% и снижение порогов для УСН заставляют предпринимателей сознательно выбирать микроформат или регистрировать предприятия на родственников, чтобы остаться в льготных режимах и избежать дополнительной фискальной нагрузки.
Но как это возможно сейчас при такой высокой ключевой ставке (14%)? Когда кредиты банки выдают более, чем под 20% годовых?
– Отсутствие этого естественного роста связано не только с высокой ключевой ставкой ЦБ. Тем не менее, недостаток «длинных, дешевых денег» бьет по реальным показателям — несмотря на общий рост прибыли в экономике, доля убыточных организаций в Петербурге увеличилась до 30,2%, а общая сумма убытка возросла на 14,9%. Но механического снижения ставки недостаточно для перезагрузки экономики и переходу к модели устойчивого роста и повышения инвестиционной активности. Бизнесу требуются комплексные условия, системная поддержка и среда, способствующая появлению новых идей и решений.
На Дальнем Востоке, как мы узнали из недавних сообщений с Восточного экономического форума, многие предприятия стали регистрироваться в Китае. Значит, там условия глобально лучше? Ведь НДС там, например, 13%.
— В условиях глобальной конкуренции (в первую очередь, с Китаем, где ниже себестоимость продукции и действуют масштабные государственные субсидии) отечественным производителям необходимы эффективные меры поддержки и адресный протекционизм. Это станет залогом успеха, ведь «бриллиантовый ресурс» нашей страны – это люди. Российские предприниматели обладают высокой деловой активностью, гибкостью, энтузиазмом и искренней мотивацией к созидательной работе.
Для поддержки бизнеса государству не всегда нужны прямые бюджетные вливания. Достаточно пересмотреть избыточные административные требования, бюрократические процедуры и снизить регуляторную нагрузку. Яркий пример – чрезмерный контроль за деятельностью газетных киосков, где прописан каждый шаг, вплоть до того, какие именно сопутствующие товары разрешены к продаже. Это же касается и других нестационарных торговых объектов, зачем вмешиваться в формирование ассортимента? Неужели так принципиально, продает ли предприниматель пирожки с кофе или что-то иное?
Важно, чтобы профильные ведомства сосредоточились на своей основной задаче — создании благоприятной среды для развития малого и среднего бизнеса, а не возводили немотивированные барьеры, которые могут усложнить ведение дел в городе.
Нужно учитывать, что помимо основной налоговой нагрузки, предприниматели сталкиваются с примерно 200-ми различными неналоговыми платежами, такими, как фискальные накопители, маркировка, ЭДО, эквайринг, и многое другое. Все это формирует значительные дополнительные расходы бизнеса, часть которых поступает в бюджет, а часть частным операторам.
Считаю, что в этих условиях необходимо формирование прозрачного реестра неналоговых платежей, а также их системный пересмотр и оптимизация.
Как Вы считаете, почему власть в городе так не любит сектор НТО? Это ведь такая же инфраструктура, как и любая другая. Вице-губернатор Кирилл Поляков высказывал мнение, что ларьки — не петербургская история, но архивы подтверждают наличие киосков и павильонов и в 18, и в 19 веке. Невозможно, и нет таких примеров, что торговля и услуги в мегаполисе были ограничены только ТРЦ и сетевыми магазинами, хотя Петербург и признан их столицей. Но все равно жителям нужны киоски с фруктами и овощами в сезон, нужны киоски с кофе и газетами, булочками и книгами, туристическими экскурсиями.
— Деятельность нестационарных торговых объектов (НТО) в Санкт- Петербурге сегодня регулируется порядка 20-ю нормативными правовыми актами федерального и регионального уровня. В случае, если предприниматели соблюдают все установленные требования, а наличие НТО все равно вызывает вопросы, то согласитесь, проблема заключается не в бизнесе.
Развитие предпринимательства и потребительского рынка – это прямая задача уполномоченных органов власти. Малый бизнес является не просто экономической платформой и драйвером роста, но и важнейшей социальной опорой, обеспечивающей стабильность в обществе.
Исторический опыт показывает, что устойчивость малых форм торговли обеспечивалась долгосрочными договорами аренды с фиксированными правилами. Недавно в моем распоряжении оказался интересный дореволюционный документ, закрепляющий условия сотрудничества с пересмотром не чаще одного раза в 10 лет. И такие соглашения характеризовали общую культуру деловых отношений той эпохи.
Подобная практика сегодня могла бы стать надежной основой, укрепляющей позиции малого и среднего бизнеса и способствующей планомерному развитию экономики города.
