Малый бизнес начинает подводить итоги налоговой реформы и не видит возможностей для роста и развития. Чиновники продолжают радужные рапорты, опираясь на госстатистику — в Петербурге промышленность развивается в 4 раза быстрее, чем вцелом в РФ. Тем временем малый бизнес волнуют хаотично принимаемые законы и меняющиеся еженедельно правила, кризис неплатежей и рост налоговой нагрузки — налог у тех, кто был на патенте, в результате реформы вырос не на 40%, а в 40-80 раз.
На круглом столе «Развитие бизнеса и промышленности в Санкт-Петербурге», организованном порталом «ТТфинанс» и изданием «Фонтанка», представители власти и банкиры рассказывали о том, что как промышленность развивается, индекс промпроизводства (ИПП) в городе за первые месяцы 2026 года составил 105,4% (рост на 5,4% к аналогичному периоду прошлого года), а спрос на кредиты растет.
«Настроение — держимся»
Уполномоченный по защите прав предпринимателей Петербурга Валерий Калугин также отметил, что «если в первом квартале мы провалились, во втором квартале наверстали», и призвал больше внимания уделять промпроизводству. «Вцелом, настроение — держимся», — сказал бизнес-омбудсмен и призвал поменять точку зрения на промышленную политику. Калугин отметил, что на бизнес оказывают давление и «200 честных знаков» и «200 новых сборов» — он имел в виду неналоговые платежи бизнеса. И добавил, что соотношение микро- и малого бизнеса в городе «катастрофическое» — микробизнеса сотни тысяч, малого — «тысячи», а среднего — почти нет». При этом в малом бизнесе занято — внимание — более 2 млн жителей Петербурга, при населении в 5,6 млн.
За всех банкиров отвечал Александр Хайкинсон, директор департамента малого и среднего бизнеса Санкт-Петербургского филиала ПАО «Банк ПСБ» (ранее – Промсвязьбанк), который также отметил, что уровень одобрения кредитов падает, было 63-65%, сейчас 60%. При этом 87% кредитов выдается онлайн и спрос на кредиты вцелом растет.
«А почему растут кредиты, знаете, — спросила Виктория Тишина, владелица одноименного бренда и производства женской одежды и сети магазинов, — это кассовые разрывы», — сказала предпринимательница и тем самым прервала поток победных отчетов.
Бизнес умирает
«Бизнес умирает, пока мы тут рапортуем о том, что все хорошо, — сказала она. — Надо менять банковскую модель. Не можете давать кредиты под маленький процент, увеличьте сроки кредитования. Надо также планировать работу фондов поддержки, которые должны отвечать на вопрос, тонет легкая промышленность или нет. Нужна адресная отраслевая программа. Точечные подходы не решают вопрос. Посмотрите аналитику на Авито: сколько в городе освободилось помещений. Это же все закрылся бизнес, и город теряет налоги».
Еще более убедительно выступила Ляля Садыкова, президент АПИК (Ассоциации предприятий индустрии красоты). «Казалось бы, ну что там всего лишь 5% НДС добавила малому бизнесу налоговая реформа, — сказала Ляля Садыкова, — но законодатели забыли о том, что мы все были на патентной системе налогообложения. И рост налоговой нагрузки случился не на 40%-50%, а в 40-80 раз. Во столько выросла налоговая нагрузка. Это говорит о том, что наверху не было отраслевого подхода к изменениям налогов и никто не разобрался, откуда в будущем брать предпринимателям эти деньги».
За январь и декабрь численность малого бизнеса выросла. «Но фактически, по данным аналитики Яндекс-карт, бизнес сократился, это значит, что он пошел дробиться, — рассказала Садыкова. — Это единственный объективный ответ, что реально происходит. Хотя по отчетам — бизнес развивается и нас стало больше. Да, нас стало больше, но фактически мы сжались и уменьшились».
Штрафы кратно выросли
Также она рассказала о несопоставимых с оборотами малого бизнеса штрафах. При обороте в 250-300 тысяч рублей в месяц штраф Росприроднадзора за неуплаченный сбор для малой компании составляет 250 тысяч руб. «Такой штраф может просто закрыть бизнес, — говорит президент АПИК. — И проблема есть также с Роскомнадзором — за то, что не правильно ведется учет персональных данных, предприниматели получают штрафы от 250 тыс руб до 500 тысяч, при том, что оборот мелкой парикмахерской может составлять всего 350 тысяч руб в месяц».
Спикер вспомнила и неналоговые платежи малого бизнеса, которые кратно увеличились за последние полгода, это и маркировка звонков, и англицизмы на вывесках, «хотя в Петербурге нам повезло, комитет по печати Смольного разрешил всем вывескам довисеть до конца действия разрешения», а в других регионах просто рейдами снимают вывески.
И НДС коснулся все-таки банковских услуг, вопреки заверениям Андрея Макарова, председателя комитета по бюджету и налогам Госдумы РФ, с трибуны парламента, о том, что НДС для банковских услуг введен не будет, напомнила Ляля Садыкова, и добавила, что «мы не можем бесконечно повышать стоимость своих услуг. И платить за все из нашей небольшой маржи».
Кредиты просто не дают
Относительно кредитных продуктов банков Ляля Садыкова отметила, что ее знакомые компании, весьма устойчивые и давно работающие, подают заявки на кредиты, но получить их не могут — им отказывают. «Один банк одобрил, но под 36% годовых. Это какая доходность у бизнеса должна быть? Другой банк предложил 28%, но со страховкой получается почти 42%. Так мы никогда не разовьем малый бизнес», — обратилась Ляля Садыкова к банкирам. Также она отметила, что у Санкт-Петербургского фонда микрофинансирования сократилась программа займов — сектору услуг их больше не дают. «Оставили только залоговые программы. Но там коэффициент оценки — смешно — квартира, например, стоит 10 млн, а ее оценивают в 1,5 — 1,7», — сказала она.
«Если видишь радужные отчеты, что какая-то отрасль развивается, начинаешь копать и видишь, что все эти компании сидят на госпрограммах, но это не развитие. А все остальные вымирают. Ситуация такая. У нас массовый отток в теневой сектор», — поделилась она и рассказала, как клиент пытался выяснить контактные данные самозанятого мастера, которого не смог больше найти там, где ему неудачно покрасили волосы, но налоговая по закону о персональных данных не имеет право давать его адрес.
Неплатежи и разрывы
О том, что в промышленности «просто патовая ситуация» рассказала и адвокат Мария Кузнецова, которая ведет юридическое сопровождение бизнеса компаний более 15 лет. «Открыла ежедневник и на последней странице написала, кто мне должен. Компании не платят мне, не платят друг другу, а судебная нагрузка теперь такая большая, и чтобы подать иск на 10 млн руб, нужно заплатить большую госпошлину, и малый и средний бизнес не может себе позволить даже в суд обратиться. Да, в суде можно получить рассрочку на судебные издержки, однако ее редко дают», — сказала Кузнецова.
Также адвокат отметила, что «за 25 год тебе НДС упал, а заплатили тебе за услуги или товары только в следующем году. То есть, налоговая нагрузка уже сейчас — надо платить налог, а тебе деньги не перечислили, контрагент разорился и не платит, или откладывает платеж. А не платят сегодня все, и даже крупные компании с госучастием. И у малого бизнеса просто нет средств совершенно. Хорошо все только у статистиков», — резюмировала адвокат.
- На что рассчитывало правительство, затевая налоговую реформу, можно понять из речи в Госдуме министра финансов Антона Силуанова в ноябре 2025 года. Предполагалось, что НДС будут платить всего 15% бизнеса и реформа поднимет цены не более, чем на 1%.
Излишнее давление
Предприниматели говорили также о том, что банки в существующих условиях себя максимально обезопасили, просят «сумасшедшие» залоги, риски не несут. «И на всех госзакупках зарабатывают банки, бизнесу надо внеси гарантии, сделать обеспечения, деньги отправить на спецсчета, куча ограничений, наконец получил аванс, и чтобы воспользоваться авансом, надо уговаривать заказчика, на какую статью ты его потратишь. Но банкиры же потом идут и также как все другие пользуются услугами ресторанов, кафе, салонов красоты, покупают товары в магазинах, а не сидят в вакууме», — рассказал один из предпринимателей.
Депутат Закса Петербурга Наталия Астахова отметила, что бизнес отмечает «излишнее давление» и приходит на заседания комиссии в Заксобрание (комиссия по экономике, промышленности и предпринимательству — Ред.), но при этом редко объединяется и сплачивается перед лицом опасности.
«Сплотились пока только торговля и легпром, столкнувшись с трудностями маркировки, а вот авторским барам, которые закрывают из-за закона о «наливайках», этого не удалось», — сказала Астахова. «Нужно находить оптимальные решения, чтобы поддержать малый и средний бизнес, — сказала она, — вот закон о правилах размещения НТО на частных землях дает право федеральный закон вообще не трогать. Поэтому его нужно либо принять в интересах бизнеса, либо не торопиться», — сказала депутат.
