Скончался основатель ресторанного холдинга Ginza Project Вадим Валентинович Лапин, сообщили в соцсетях компании. Колонка Дмитрия Грозного о Вадиме Лапине. Лучше не скажешь.
Он боролся с онкологическим заболеванием.
Вадим Лапин умер на 63-м году жизни. В 1990-х годах он занимался торговлей продуктами, с 1995 года вводил на петербургский рынок новые европейские марки одежды. В 2003 году с партнёрами занялся ресторанным бизнесом. Тогда был открыт ресторан японской кухни Ginza.
В холдинг Ginza входит более ста заведений в Петербурге, Москве, Сочи, Ростове-на-Дону и Туле, а также за рубежом — в Лондоне, Баку и Батуми. В Москве компания с 2015 года управляет Даниловским рынком. С 2018 года группа также развивает гостиничное направление. Сейчас под управлением Ginza Hotels & Apartments работает сеть мини-отелей в Петербурге, а также гостиницы в Ростове-на-Дону и Тбилиси.
Управление компанией переходит к сыну основателя — Марку Лапину, сообщили в Ginza Project.
Информация о дате и времени прощания будет сообщена дополнительно.
Гастрокритик и обозреватель «Фонтанки» Дмитрий Грозный написал в своих социальных сетях:
«В течение нескольких часов мне приходили сообщения, смысл которых можно передать так: «О Лапине напиши. Хороший был парень». Пишу.
Про нелады со здоровьем поговаривали давно. В последние пару лет Вадим редко-редко появлялся на публике, но в то, что Лапина больше нет, все равно не верится: настолько много было в нем жизни.
Современный ресторанный бизнес без Ginza Project — как хачапури без сулугуни или Новый год без оливье. То есть, по большому счету, до «Гинзы» настоящего ресторанного бизнеса в Петербурге и вовсе не было. Пока в 2003 году два непрофессионала — Вадим Лапин и Дмитрий Сергеев не открыли в забытой Богом части Петроградской стороны ресторан с суши и роллами — ту самую Ginza. Тогда еще не было никакой бизнес-империи. Презентация заведения чем-то напоминала летний пикник на лужайке близ Аптекарского пр. Ружье на стене должно выстрелить, а во время вечеринки на открытом воздухе — пойти дождь. Он и пошел — ливень, да такой, что вода прорвала крышу шатра, от чего всем присутствующим стало лишь веселее.
Ни Лапин, ни Сергеев не были не то, что поварами, но вовсе не имели никакого опыта в общепите. До этого Вадим просто арендовал у Дмитрия помещение под обувной магазин на Невском. Но вдруг оказалось, что эти два неофита знают какой-то секрет, недоступный самым матерым профессионалам. Именно в terrassa, «Рибай», Jelsomino, Francesco, «Мари Vanna», Volga-Volga, Mansarda и т. д. и т. п. стремились люди блестящие, успешные и состоятельные. Те, у которых даже 15 лет назад глаза не лезли на лоб при виде краба за 15 тысяч рублей. И готовые заказывать котлету с пюре, что в другом месте выглядело бы совершенным моветоном.
Новые проекты и новые концепции сыпались, как из рога изобилия. К ним добавлялись новые города и страны. Казалось, что вообще нет ничего невозможного: Москва, Лондон, Нью-Йорк… и скоро весь мир будет клиентами Ginza Project.
Так уж получилось, что роли в этом дуэте рестораторов были строго распределены. И если Дмитрий Сергеев изначально был серым кардиналом — мало кто вообще знал как он выглядит, то Вадим Лапин являлся полной противоположностью. Его, неизменно улыбчивого и загорелого, можно было почти гарантированно ежевечернее встретить в одном из ресторанов Ginza Project: потому что даже в самом хорошем заведении нужно всегда держать руку на пульсе. Энергии Вадима хватало на все: помню, как однажды мы вместе сидели в жюри одного из бесчисленных конкурсов красоты в Hollywood nites (да-да, клуб на Невском назывался именно так).
Поэтому немудрено, что в сознании большинства людей Лапин — это и есть Ginza Project. И одно неотделимо от другого. Сама же «Гинза» быстро стала именем нарицательным, предметом для белой либо черной зависти, словом, одно упоминание которого навевало на конкурентов почти священный страх и ужас.
В длинной — по меркам современного российского бизнеса — истории Ginza Project было, прямо скажем, всякое. Со временем в структуре бизнеса стали преобладать сетевые проекты, все реже случались громкие открытия, а модные шеф-повара постепенно переходили в другие рестораны или открыли собственные.
Но у меня дома на полке стоит книга, весом и габаритами сравнимая чемоданом, который бдительная стюардесса с трудом разрешит взять с собой в полет. В этом фолианте страниц 500, а может гораздо больше. Его мало кто видел, потому что книга вышла в разгар ковида. Книга называется «Ginza дома»: это блюда шефов, которые при желании сможет приготовить любой «чайник». Открыв оглавление, понимаешь, что вся современная российская гастрономия вышла из Ginza Project, так же как сами знаете что — из гоголевской «Шинели». Тут рецепты, которые придумали Александр Белькович, Адриан Кетглас, Вильям Ламберти, Эльдар Мурадов, Никита Сечин, Режис Тригель и еще несколько десятков поваров, талант которых раскрылся во многом благодаря «Гинзе». Все это пробовал, тестировал и оценивал Вадим Лапин. Вкус — та вещь, которая остается с человеком надолго. А значит вкус Лапина остался с нами.
В рамках ресторанной премии Lemon Guide есть номинация «Легенда». Очень хочется на V церемонии вручения премии Lemon Guide вручить эту награду Лапину. Марку Вадимовичу.
PS На фото Вадим Лапин на первой церемонии вручения премии Lemon Guide в 2020 году
